918a3b05     

Станюкович Константин Михайлович - 'отчаянный'



Константин Михайлович Станюкович
"Отчаянный"
Из цикла "Морские рассказы"
I
На Транзундском рейде, где практическая эскадра Балтийского флота
простаивает большую часть короткого лета, стоял броненосный корабль
"Грозящий" под флагом младшего флагмана, контр-адмирала почтенных лет,
который "выплавывал" свой ценз на старшего флагмана и чин вице-адмирала.
Был первый час пасмурного и прохладного дня в конце июня. Матросы
только что отобедали -на судах эскадры. Боцманы просвистали и выкрикнули:
- Команда, отдыхать!
Минут через пять боцман "Грозящего" Жданов отхлебывал чай, попыхивая
папироской, в своей маленькой каютке на кубрике, чистой и убранной не без
претензии на щегольство.
Фотографии высокопоставленных особ, отца Иоанна Кронштадтского и
командира "Грозящего" в красивых выпиленных рамках, сделанных одним матросом
за "спасибо" боцмана, были развешаны в соответствующем порядке на переборке
против койки, аккуратно покрытой серым байковым одеялом, с двумя взбитыми
подушками в белых наволоках в изголовье.
А над койкой, на дешевом ковре, красовался в голубой рамке с
нарисованными незабудками фотографический кабинетный портрет молодой женщины
с миловидным лицом и топорной фигурой, с растопыренными пальцами непомерно
больших рук, выставленных, несомненно, ради колец, с брошкой на короткой шее
и с серьгами в ушах.
Нечего и говорить, что эта дама в нарядном платье и в шляпке с перьями
была супругой боцмана Жданова.
Он ничем не напоминал боцманов старого времени, этих смелых моряков,
свершавших геройские поступки, не догадываясь о своем геройстве, отчаянных
ругателей, бесшабашных пьяниц на берегу и огрубелых, но не злых, которые не
чуждались таких же бесправных матросов, как они сами, и, разумеется, считали
их товарищами я кляузы по начальству считали делом, недостойным боцмана.
К тому же и знали, что матросский линч усмирит боцмана, коли он
несправедливый и зверствует в "бое".
Жданов - боцман новых времен и, разумеется, несравненно культурнее. Это
был молодой человек лет тридцати, невысокого роста, плотный, склонный к
полноте, франтовато одетый, понимающий обращение и не говорящий грубым
голосом "луженой глотки", с большими круглыми глазами, усердными и
решительными, рыжий, с веснушчатым белым румяным лицом, серьезным и
самодовольным, выстриженный под гребенку и с небольшой подстриженной
огненной бородой. На безымянном пальце опрятной руки - золотое обручальное
кольцо, и на мизинце - перстень с бирюзой.
Разумеется, он не пил ни водки, ни вина. Иногда только баловался
бутылкой пива. И без устали не сквернословил как виртуоз, а ругался тихо,
внушительно и кратко.
Тщеславный и самодовольный, он, казалось, весь был проникнут сознанием
своего достоинства и держал себя в отчуждении от матросов, чтобы не уронить
престижа власти, связавшись с необразованной и грубой матросней, которая
могла бы забыться перед боцманом и притом человеком других понятий. Недаром
же он получал газету "Свет", почитывал книжки и считал себя очень умным и
проницательным боцманом, который устроит благополучие своей жизни.
С матросами он обращался с внушительной строгостью и был беспощаден,
особенно с провинившимися перед дисциплиной, и противоречий не допускал.
Зато с офицерами был почтителен до искательности.
Морскую службу Жданов не любил. Особенно не любил и трусил моря, когда
оно начинало рокотать и вздувалось большими волнами, но был безукоризненный
исполнитель и усердный боцман, щеголявший своим педантизмом и безупречны



Назад