918a3b05     

Станюкович Константин Михайлович - Оригинальная Пара



Константин Михайлович Станюкович
Оригинальная пара
{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.
I
Мне окончательно опротивела жизнь в меблированных комнатах с их
неизменными прелестями: каким-то, им свойственным, прокислым запахом,
постоянной сутолокой, звонками, хлопаньем дверей, с присущим каждой
меблированной квартире непременным "беспокойным жильцом", "на днях"
уезжающим в Ташкент и приводящим в смущение своей свободой обращения не
только юрких, не особенно застенчивых горничных, но даже самую хозяйку -
толстую, заспанную, перезрелую рижскую уроженку, отставную камелию средней
руки, благоразумно променявшую прежнюю профессию на профессию
содержательницы шамбр-гарни{79}.
Я решил искать более тихое пристанище, в виде комнаты "от жильцов",
предлагаемой, как часто объявляют в газетах, "скромным, небольшим семейством
одинокому молодому человеку".
Долго шатался я по разным комнатам, пока не набрел на подходящую.
Комната была недорогая, светлая, опрятная и - главное - единственная,
отдаваемая жильцам. "В остальных, - объяснила мне старая кухарка, - живут
господа".
- Немцы? - спросил я, пораженный особенной чистотой.
- Что вы! Какие немцы? - обидчиво возразила старуха. - Русские: муж да
жена.
- Детей нет?
- Какие дети!.. - проговорила кухарка. - Детей нет!
- Старики?
- Ну, нет... молодые! Комната преотличная... Всего неделя только, как
жилец съехал, чиновник, жениться собрался... Диван новенький, мягкий (при
этом она хлопнула ладонью по дивану), можно еще пару стульчиков прибавить...
- Как вас звать?
- Степанидой люди зовут.
- Так я, Степанида, нанимаю комнату. Кому отдать задаток?
- Давайте хоть мне, господ дома нет. А вас как звать? Вы какие будете?
- Зовут меня Иваном Петровичем... Бывший студент!
Степанида еще раз оглядела меня с ног до головы, приняла задаток и
примолвила:
- Только, Иван Петрович, чтобы шуму никакого не было... по ночам...
- Насчет этого не беспокойтесь, Степанида. Я сам не люблю шуму...
- И вот что еще - уж вы извините, батюшка, меня, старуху... Вы... (она
видимо стеснялась сказать) вы... не пьете?
- Нет.
- То-то!.. - добродушно обронила она, взглядывая своими ласковыми
глазами.
- Да вы почему об этом так спрашиваете? Разве нападали на пьяных
жильцов?
- Нет, слава богу, этого не было... Но только... А уж вы не сердитесь,
пожалуйста! - закончила она, кланяясь и не давая ответа на мой вопрос.
На другой же день, уложив все свое имущество на извозчика, я переехал
на новую квартиру.
После шума меблированных комнат, новая квартира показалась мне просто
раем. Тепло, уютно, опрятно, спокойно - ничто не мешало занятиям. Одно
обстоятельство несколько смущало меня: рядом с моей комнатой была жилая
комната хозяев, но и этот страх близкого соседства прошел после первых же
дней. Ни шума, ни сцен. Соседи, как кажется, вставали и ложились поздно, а я
рано уходил из дому, и когда возвращался, снова была тишина. Иногда только
женский голос доносился из других комнат мягкими звуками. Ложился я спать
тоже среди полнейшей тишины, словно никого не было дома... Женский с
контральтовыми нотами голос раздавался за стеной только с вечера. Ежедневно
с семи часов в соседней комнате начиналось умывание и одевание: слышался
плеск воды, раздавались тихие вскрикивания, затем начиналось шуршанье юбок.
Когда туалет приходил к концу, между соседкой и Степанидой начинался
обыкновенно разговор вполголоса. Степанидин голос, понижаясь все более и
более, принимал какой-то у



Назад